Системный характер роста

Модернизация российской экономики — это основное стратегическое направление деятельности российского бизнеса и органов власти на ближайший период. Причем модернизация именно за счет несырьевого сектора промышленности. «Сегодня перед Россией остро стоит задача технологического прорыва. От того, насколько эффективно и оперативно мы перестроим экономику, создадим на основе лучших научных знаний и «цифры» высокотехнологичные индустрии, зависят глобальная конкурентоспособность России, уровень благосостояния нашего общества, его безопасность», — говорилось в приветственном письме премьера Дмитрия Медведева участникам выставки «Иннопром-2018».

И это не пустые слова. Создание производственных мощностей не только решит проблему импортозамещения в целом ряде отраслей, но и создаст в регионах высокооплачиваемые рабочие места, привнесет туда инновационные технологии. Наконец, поспособствует укреплению среднего класса: глава Российского экспортного центра Андрей Слепнев подчеркивает, что нужно обеспечить не только рост числа экспортеров, но и их структурное и качественное изменение за счет средних и малых компаний. Что, в свою очередь, повлечет за собой усиление гражданского сознания, демократизации. Этот путь уже проходили многие страны.

В рамках этой стратегии власти (учитывая ограниченность российского рынка) делают упор именно на экспортоориентированный производственный сектор, продукция которого должна успешно конкурировать с иностранными компаниями и (по возможности, конечно, в синергии с внешними партнерами) расти в качественном и количественном плане. В 2017 году несырьевой неэнергетический экспорт составил порядка $133,8 млрд (37,4% в структуре российского экспорта), увеличившись по сравнению с 2016-м на 22,7%. Власти намерены сохранить высокие темпы. «До 2024 года мы должны увеличить объем в два раза. Чтобы выйти на необходимый объем, обрабатывающему сектору нужно наращивать несырьевой неэнергетический экспорт ежегодными темпами не ниже 10%. Пока в текущем году мы имеем хорошую динамику: +27,4 за первые четыре месяца», — заявил министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров.

Для того чтобы придать росту системный характер, правительство вместе со специалистами из Российского экспортного центра (РЭЦ) готовит национальный проект развития экспорта, который должен быть завершен к 1 октября. Этот проект подразумевает целый комплекс мер по линии нескольких министерств и ведомств. Так, производителей обещают избавить от бюрократии. Андрей Слепнев обещает «создать систему одного окна на базе РЭЦ с включением в нее всех задействованных ведомств и обеспечить возможность экспортерам в электронной форме представлять все необходимые документы». По словам Андрея Слепнева, «к 2021 году мы должны запустить такую систему и обеспечить покрытие минимум 10% всех экспортных операций».

Неудивительно, что к нацпроекту приковано внимание всего российского бизнеса. Так, интерес проявляют представители сельскохозяйственного сектора, уже укрепившие позиции в стране за счет импортозамещения и стремящиеся теперь выходить на внешние рынки.

— Отрасль является лидером по потенциалу роста несырьевого экспорта, и при формировании благоприятных условий за шесть лет готова вырасти почти в два с половиной раза в стоимостном выражении. Если обращаться к предметным расчетам, то отрасль готова обеспечить прирост экспорта к 2024 году в объеме почти $5 на каждый доллар от господдержки, запрашиваемой в рамках проекта, — говорит исполнительный директор ассоциации «Масложировой союз» Михаил Мальцев. И этот оптимизм оправдан, если вспомнить, что в соседнем Китае колоссальный спрос на российские сельхозпродукты (которые считаются в Поднебесной чуть ли не премиальными из-за их качества).

Не остается в стороне и машиностроение. Так, по данным Минпромторга, Россия в 2018 году отправит за рубеж сельхозтехники примерно на 10 млрд рублей (в 2017-м объем продаж составил 7,3 млрд). Российскую сельхозтехнику покупают уже в 30 странах мира, однако у министерства куда более амбициозные планы: к 2025 году увеличить число стран до 65, а объем продаж — до 30 млрд. Автопроизводители тоже хотят покорять новые рынки, и уже представили свои проекты на «Иннопром-2018». Тут и автомобильная техника (новые легкие коммерческие грузовики «УАЗ» с гибридной силовой установкой, арктические вездеходы «КамАЗ», мобильный медицинский центр «ГАЗ»), и роботы, и поезда, и вертолеты и, наконец, приспособления для повседневных нужд. В целом же, по данным РЭЦ, за первые пять месяцев 2018 года Россия уже экспортировала продукции машиностроения примерно на $11 млрд. Это почти на 30% больше, чем за аналогичный период 2017-го.

Помимо традиционных отраслей промышленности нацпроект планирует стимулировать и экспорт высокотехнологичных товаров. В Минпромторге считают, что к 2020 году мировой рынок технологии цифровых производств превысит $700 млрд, а к 2025-му расширится до $3–4 трлн.

Правда, эти производства в стране нужно сначала создать. Прежде всего за счет иностранных партнеров — например, той же Южной Кореи. «Мы знаем, что в Корее реализуется программа «Креативной экономики», связанная с использованием искусственного интеллекта, big data и промышленного интернета вещей. У нас развертывается программа цифровизации промышленности. Поиск точек сопряжения, формирование российско-корейской инновационной платформы должны стать одними из главных задач комитета по сотрудничеству в промышленности», — заявил Денис Мантуров. Причем на Корею рассчитывают не только в деле расширения, но и в деле продвижения российской высокотехнологичной индустрии. Так, Российский экспортный центр планирует создать в Корее Российскую галерею высоких технологий. Галерея станет инструментом проактивного поиска партнеров, инвесторов, потребителей и заказчиков продукции российских компаний, в том числе в формате помощи корейским компаниям в поиске проверенного поставщика. Такой подход позволит значительно расширить доступ корейских бизнесменов к передовым российским продуктам и технологиям «Индустрии 4.0»: распределенные реестры данных (блокчейн), 3D-печать, дополненная и виртуальная реальность, биопротезирование, быстрое прототипирование и новые материалы, зеленая энергетика, искусственный интеллект и интернет вещей, поясняет Андрей Слепнев.

В проект по созданию экспортоориентированных отраслей промышленности активно включились и региональные власти. В Калужской и Белгородской областях уже сформированы настоящие сельскохозяйственные кластеры. Удмуртия подтягивает в гражданские сектора производства оборонные компании (тот же «Алмаз-Антей», который заинтересован в диверсификации своей продукции), а на Урале уже формируют промышленный кластер.

Нужно забыть о тезисе западных консультантов, которые говорили, что регионы должны конкурировать между собой. Екатеринбург, Челябинск и Пермь — это уральский промышленный узел, поэтому ни о какой конкуренции между ними речь вести нельзя.

—Сильной стороной Екатеринбурга является то, что мы сегодня — точка притяжения. Поэтому вместе с Челябинском мы делаем ВСМ (высокоскоростную железнодорожную магистраль. — «Известия») и хотим создать третью по величине агломерацию, крупнейший центр концентрации человеческого капитала Урала и Сибири, — говорит вице-губернатор Свердловской области Александр Высокин.

Если правительство, бизнес, РЭЦ и региональные власти продолжат работать в связке, будут делать упор на модернизацию и не растеряют инициативу, то промышленный рывок станет реальностью. И надпись Made in Russia появится не только на майках российских туристов, но и на самых разнообразных товарах.

Яндекс.Метрика